Прогулки по Тбилиси

Воронцов: Крым - Одесса

Граф М.С. Воронцов
Граф М.С. Воронцов

В мае 1823 года Александр I вызвал командира 3-го пехотного корпуса генерал-адъютанта М.С. Воронцова пред светлы очи и объявил ему свою волю: «Быть тебе, граф Михайло, вместо уходящего в отставку генерала Ланжерона Новороссийским генерал-губернатором и полномочным наместником моим в Бессарабской губернии. С Богом, граф, управляй во славу державы и во благоденство народа российского».


Новороссия, громадная территория, на которой легко могли б разместиться две-три суверенных европейских державы, ещё вчера именовалась Диким полем. Лишь ветер гулял голой степью, пыль и перекати-поле составляли пейзаж, редкий татарин – автохтонное население.

Михаил Семёнович знал сие не понаслышке: ещё в Париже прознав от бывшего новоросского губернатора Ришелье о девственной прелести здешних земель, проехал он Южным берегом Крыма. И даже присмотрел местечко для летней своей резиденции, купив имение в Гурзуфе и кое-какой землицы, - прозорлив был граф, далеко зрел.


Итак, Воронцов немедля снарядил экипаж и спустя два месяца прибыл в Одессу.


Одесса, ах, Одесса, жемчужина у моря, четверть века назад ты была захудалым Хаджибеем о десяти дворах, а ныне, - о! – ныне ты центр генерал-губернаторства.


Вот и Пушкин писал: «В году недель пять-шесть Одесса, по воле бурного Зевеса, потоплена, запружена. Все домы на аршин загрязнут, лишь на ходулях пешеход по улице дерзает вброд, кареты, люди тонут, вязнут, и в дрожках вол, рога склоня, сменяет хилого коня».


Памятуя, что в России лишь две беды, Воронцов взялся искоренять обе. Получилось, впрочем, только с дорогами. Во всяком случае, по шоссе Симферополь – Севастополь проехать можно до сих пор, дураки же никуда не делись. Хотя, надо признать, их число в окружении графа несколько поубавилось, - его умение подбирать команду отмечали все.


Деятельность Михаила Семёновича преобразила край, всякое полезное для Отечества дело находило отклик у губернатора.

Для налаживания отлова и засолки сельди в Феодосии и Керчи он выписал английских рыбаков, у мыса Ай-Тодор на промышленную основу поставил лов устриц.

Каменистая почва и безводица, - казалось, сама природа исключала возможность крымского виноградарства. Но Воронцов год за годом выписывал саженцы со всего мира, пытливые исследователи неустанно проводили кропотливую селекционную работу, крестьяне потом своим обильно полили капризные чубуки. И - о чудо! – лоза принялась. Прижилась. Отяжелела щедрыми гроздьями, удивляя знатоков урожайностью и вкусовыми качествами. И вот уже черёд виноделов превратить ароматную ягоду в божественный напиток – восхитительный Токай или царский Мускат розовый старый по рубль семьдесят пять за бутылку…


Излишне говорить, что каждый промысел приносил Воронцову заслуженную копейку. Весь наличный капитал предприимчивый губернатор вкладывал в покупку имений в Крыму: Алупка, Ай-Даниль, Массандра. Он покупал обширные земли, лесные угодья, все приобретения Воронцова приносили ему приличные доходы.

Для любознательных:

Созданная при Михаиле Семёновиче в Санкт-Петербурге специальная контора по продаже крымских вин располагалась по адресу: СПБ, Мойка, дом Воронцова, № 104. Из отчётов управляющего конторой нам известно, что с 1867 по 1872 годы из Крыма получено, а затем продано разных сортов вин более 35 тысяч вёдер на сумму 176,5 тысяч рублей.

Крым Виноградная гроздь
Лоза принялась, отяжелела щедрыми гроздьями...

А Одесса, ах, Одесса, южная Пальмира… ещё вчера на заставах твоих служивые спрашивали всяк входящего: «Куда путь держишь?», - и ежели тот ответствовал: «В Хаджибей», - угощали плетью, а ежели: «В Одессу», - пропускали с миром. Уже ныне – о! – уже ныне ты Одесса-мама для многочисленных и пёстрых своих обитателей: греков, молдаван, малороссов, русских, итальянцев, албанцев, болгар, евреев.

Что же изменилось, Одесса? Что?

Ведь ещё при Ланжероне выпросив, выхлопотав завидное право беспошлинной торговли, ты так и оставалась заурядным, захолустным городком, Меккой спекулянтов и контрабандистов, кухонной клеёнкой, засиженной, в жирных пятнах и сладких потёках, но никак не белоснежной накрахмаленной скатертью, если добавить рассказу образности, - что же изменилось, Одесса?

Изменилось многое.

По генеральному плану 1828 года на строительные работы в порту по смете инженера-гидротехника Фандер-Флисса выделялось ровно 1 685 960 рублей 69 с половиной копеек. Деньги освоили с умом, - в краткий срок Одесса обзавелась первоклассным современным портом, а затем и торговым флотом.

Оседлав экспортно-импортные потоки юга России, город стремительно не напоказ жирел.

Николаевский (Приморский) бульвар пролёг от Воронцовского дворца до Купеческой биржи, украсившись красивыми каменными домами, в последующем памятниками архитектуры. Величественная лестница в двести ступеней, построенная Михаилом Семёновичем в подарок Лизаньке из личных средств (800 тыщ!), соединила центр с гаванью.

Долгое время лестница числилась безымянной, называемая горожанами и Большой, и Гигантской, и Портовой, и Воронцовской. Аж пока 14 июня 1905 года на внешнем рейде не бросил якорь мятежный броненосец под красным флагом да два десятилетия спустя Сергей Эйзенштейн не снял свой шедевр. Детская коляска скачет вниз, огромные женские глаза в пол-экрана да маленький мальчик лет восьми, - в роли его снялся А.Е. Глауберман, ставший впоследствии Директором Института физики Одесского университета имени И.И. Мечникова, - мы отвлеклись…

Одессаю Ботанический сад
Одесса. Ботанический сад

Одесса хорошела на глазах. Блеклая выжженная палящим солнцем пустыня, где жалкая тень чахлой акации за божью благодать, превратилась в цветущий оазис. Вот и Пушкин «приехав, он прямым поэтом пошёл бродить с своим лорнетом один над морем – и потом очаровательным пером сады одесские прославил. Всё хорошо, но дело в том, что степь нагая там кругом; кой-где недавный труд заставил младые ветви в знойный день давать насильственную тень».


Это Александр Сергеевич в Ботанический сад зашёл. Первое дерево в нём посадил Ланжерон, остальные – уже новый губернатор, расширив территорию, благоустроив, разнообразив коллекцию.


Эх, Александр Сергеевич, Александр Сергеевич…

Задержались бы вы в южной ссылке ещё на чуток, такого б увидели…

За двадцать лет Одесса преобразилась.


Обширные парки и живописные скверы соседствуют с площадями правильной геометрии. Улицы не петляют, повинуясь рельефу, - напротив, прямыми стрелами пронзают пространство, и каждый возводимый дом несёт в себе благородные черты классицизма. В городе появились Городская публичная библиотека, Общество сельского хозяйства Южной России, Статистический комитет, Одесское общество истории и древностей с музеями. Серьёзнейшим образом реконструировано здание оперы, - построенное в 1809-м Тома де Томоном на старый итальянский манер оно имело всего лишь 44 кресла в партере и 17 небольших лож. Теперь же, наконец, в театре появилась буфетная.


А всё Воронцов, всё он.


До каждой мелочи у Михаила Семёновича есть дело, в его жизни нет мелочей.

Циркуль ли землемера чертит окружность ротонды, архитектор в смятении не может определиться с элементом декора, фонтаны ли струями моют небеса и чирикает на солнышке воробей, - во всем угадывается твердая рука губернатора, бдительное око его и глубокая экономическая мысль.

Одесса. Воронцовский дворец
Одесса. Воронцовский дворец

Продолжение следует...

Бульдозер

Мы над этим работаем!

Прогулки по Тбилиси: жми сюда и читай ещё несколько текстов


История Картли

История Картли

У Грузии история есть

let's go
Путь на Кавказ

Путь на Кавказ

Хомченко, Пушкин, Толстой и другие попутчики

Let's go